10 ноября 2021 г.

БЫЛА «ДРАЧКА», ИЛИ ТОРЖЕСТВОВАЛА «ЭКВИТАС»?

Вопрос изъятия у обанкротившегося гражданина единственного жилья и передачи его в счёт долга, на сегодня стал для некоторых актуальнее самой жизни. Так как жизнь в займы стала нормой для большого числа представителей различных слоёв населения Российской Федерации. Вершит судьбами должников по нашим законам российская Фемида во всех её ипостасях – от горсуда до Верховного (ВС) и Конституционного (КС РФ). Вот здесь и начинает резвиться чёрна кошка, выскакивая из-за поворота то там, то тут, порой лишая представителей в мантиях логики, что в конечном счёте сказывается на справедливость. О «коллизии» двух столпов поведал на страницах сайта РИА Новости «Недвижимость» адвокат Олег Сухов.

Дело о банкротстве, начатое в 2017 году (№ А71-16753/2017) продлилось до 2021 года. В 2021 году его рассмотрением занялся ВС и 9 марта этого года принял решение оставить в силе решения нижестоящего суда, отказавшегося изъять единственное жилье банкрота в счет погашения его долгов. Через месяц (26.04.2021 года) Конституционный Суд в очередной раз подтвердил возможность отбирать единственное жилище у гражданина-банкрота (постановление № 15-П)


«Царь горы», или своего рода приоритеты?

Самое время рассмотреть «мускулатуру» двух российских Гигантов правосудия. Права ВС РФ определены Конституционным законом от 5 февраля 2014 года № 3-КС (ред. От 02.08.2019г.). Он наделил его правами вести дела, по которым заявители пытаются оспорить указы президента, постановления правительства, приказы министерств и ведомств. Кроме того, он принимает судебные решения о приостановлении деятельности партий, закрытии СМИ, рассматривает экономические споры между федеральными органами власти и органами власти субъекта РФ.  Именно ВС надзирает за всеми судами (кроме КС). В качестве последней (надзорной, либо кассационной, или апелляционной) инстанции ВС проверяет и рассматривает уголовные, гражданские и административные дела, поступившие из нижестоящих судов, как последняя, решающая инстанция.

У Конституционного суда своя «епархия». КС РФ надзирает за законами (международный договор, указ президента, постановление правительства и так далее) изучая их, после чего решает, соответствует ли этот закон Конституции РФ (или какая-то его статья). Решит КС РФ, что закон не соответствует Конституции (полностью или частично), то в течение шести месяцев правительство обязано внести в Госдуму проект нового закона, а может и поправок в него. Об этом Конституционный   Суд прямо указывает в своих постановлениях. Впрочем, перечень полномочий КС РФ содержится в статье 3 закона от 21июля 1994 года № 1-ФКЗ «О Конституционном суде  Российской Федерации. Таким образом, «КС сказал – КС сделал!». –  Если Конституционный суд указал изменить закон, – подчёркивает в своей статье Олег Сухов, – то власти обязаны исполнить это требование. Более того, если Конституционный суд признал закон не соответствующим Конституции, то госорганы и все остальные суды (в том числе и ВС РФ) не вправе применять этот закон с момента вступления в силу постановления КС РФ. Иными словами, закон прекращает действовать полностью или в части с момента вступления в силу решения КС РФ о его несоответствии Конституции РФ, - резюмирует адвокат.

Коллизия, или всё же глубже?

И ВС, и КС в приведённом примере допускают изъятие "единственного жилья, когда его параметры превосходят разумно достаточные требования для удовлетворения потребности в жилище". Иными словами, оба разрешают конфисковать это единственное жилое помещение, если оно не укладывается в "разумные потребности" человека, являясь элитным и роскошным. Единая позиция высших судов подтверждается постановлениями Конституционного суда и определением Верховного № 305-ЭС18-15724 от 29 ноября 2018 года (ВС разрешил изъять 5-комнатную, 3-этажную квартиру S = 198 кв. метров).

Вернёмся к делу № А71-16753/2017. ВС утвердил отказ нижестоящего суда изъять единственное жилье у банкрота. В деле речь шла о стандартной «двушке», S = 40,3 кв. метра, а не «рублёвских хоромах». Кредиторы и их представители, пытались изъять у должника стандартную квартиру. Затем продать ее, частью денег погасить задолженность, а на оставшиеся средства купить должнику жилье площадью 19,8 квадратного метра. В подобной ситуации и КС РФ признал бы действия кредиторов незаконными. Так, что тут никакого противоречия по этому вопросу не было и быть не могло – «взаимосолидарность» и оба «царя на горе».

Таким образом, при одинаковых позициях высших судов, нижестоящие будут опираться на позиции ВС и КС одновременно – у гражданина-банкрота можно конфисковывать жилье только элитное и роскошное, превосходящее по своим параметрам разумные потребности человека. Тут уж внутреннее убеждение, увы, - единое!

Что «рублёвка», а что нет?

Естественно, кредиторы начнут «атаку» на сотни метров жилья, приложив все усилия для восполнения своих «запасов». И их усилия вполне могут увенчаться успехом. К сожалению, на настоящий момент в российском законодательстве нет конкретики –  какое именно жилье считается "роскошным". Однако, есть надежда, что подобная норма появится в законе о банкротстве и гражданско-процессуальном кодексе уже до мая 2022 года.

Пока же, скорее всего, если банкрот владеет единственным стандартным жильем (пусть и превышающим установленную в конкретном регионе по площади норму на 1 человека,) – ему нечего опасаться. А вот если гражданин имеет в собственности %-комнатную 3-этажную квартиру в центре Москвы, или на Рублёвке, то при банкротстве он вероятнее всего, её лишиться.

– При этом, – подчеркивает Олег Сухов, – необходимо помнить, что на практике суды далеко не всегда придерживаются правовых позиций Верховного и Конституционного судов и выносят решения, порой, им противоречащие, и нарушением закона это не является. Тем более, когда есть неопределенность или возможный диапазон выбора в разъяснениях вышестоящих судов, – отметил адвокат.

Также, на взгляд юриста, вполне оправданной может стать судебная практика, причем в ближайшее время, когда суды станут изымать не только единственное жилье, превосходящее социальные нормы в десятки раз, но и недвижимость, имеющие значительную стоимость. Например, та же "двушка" в центре Москвы может доходить по цене до 30 миллионов рублей. Поэтому абсолютно оправданным можно предположить судебное решение о принудительном изъятии и продаже такой недвижимости должника с покупкой ему квартиры или комнаты в новой Москве стоимостью от 2 до 6 миллионов с передачей оставшейся разницы средств, которые составят около 25 миллионов, в пользу кредиторов.

Точка, точка, запятая…

К сожалению, – подчёркивает автор, – нельзя дать один совет на все случаи жизни. Ситуации бывают разные. Поэтому, если накопились долги, и вы решили обанкротиться, то обратитесь к адвокату или юристу по банкротству.

При этом не стоит доверять "советам" из интернета или назойливой рекламе. Можно нарваться на мошенников или безграмотных специалистов, которые ухудшат ваше положение. Что же касается изъятия единственного жилья, то никаких изменений по этому вопросу не произошло. Всё, как и раньше. Правительство не торопится вносить в законы поправки, определяющие точные характеристики "роскошного" жилья.



Конституционный суд обвиняет правительство в бюрократизме и волоките. Верховный суд "морально" поддерживает КС РФ и корректирует решения нижестоящих судов. Арбитражи и суды общей юрисдикции на свой страх и риск определяют "роскошность" и "элитность" жилья, а кредиторы, пользуясь пробелом в законодательстве, пытаются отобрать у должников вообще любую квартиру. Все при деле.