18 декабря 2021 г.

"КОЛЮЧКИ" ИЗ ТЕЛА ФЕМИДЫ УДАЛИЛ ВЕРХОВНЫЙ СУД

В своем последнем обзоре судебной практики Верховный суд (ВС) России дал ответ на весьма «колючий» вопрос: проверять ли суду обстоятельства принудительной госпитализации человека в психиатрический стационар?

Проблему продиктовала сама жизнь: избавляются от «неуживчивых» соседей, от родственников-наследодателей, коммерсанты удачные от своих коллег по бизнесу «неудачников». Причём всё чаще неугодные граждане оказываются в «психушках». Лидерами в группе риска всё чаше оказываются старики-пенсионеры. И, как показывает практика, поместить «кандидата» в учреждения такого профиля «доброжелателям» особого труда не составляет.

Свою лепту в привлечение внимания Фемиды внесло журналистское расследование издания «РГ», сотрудники которого выявили, что документы на «психов» в суды поступают в большом количестве. Как правило их рассматривают часто. Причём, без вызова соответствующих экспертов на заседание, без свидетелей, и даже без самого будущего «клиента».

Именно поэтому ВС принял соответствующие меры и указал коллегам на проблематику темы. По мнению суда, решая вопрос о принудительной госпитализации в психиатрические учреждения, судам нельзя выносить решение, если есть хоть малейшие сомнения в «достоверности и полноте представленных медиками доказательств».

В Обзоре судебной практики ВС РФ № 3, (утв. Президиумом ВС РФ 10 ноября 2021 года) он потребовал от коллег «обязательно изучить обстоятельства принудительного доставления гражданина в стационар, установить особенности поведения гражданина, которые указывали бы на нахождение его в состоянии, представляющем опасность для себя или окружающих».

В качестве примера, как нельзя судить, Верховный суд привёл именно такое дело. В одном городе райсуд дал согласие на насильственную госпитализацию человека, опираясь фактически на один документ - на акт стационарного психиатрического освидетельствования. Его написали в больнице, куда человека привезли насильно.

 

Апелляционная инстанция отменила это решение и отказала в иске, заявив, что этот акт освидетельствования нельзя принимать, потому что он основан исключительно на словах дочери пациента. А она с отцом в неприязненных отношениях, что «не позволяет исключить факт оговора». А ещё вторая инстанция заявила, что пациент в суде вёл себя как нормальный человек – «правильно ориентировался в месте и времени проводимых судебных заседаний, окружающей действительности и собственной личности, излагал свои мысли понятно, затруднений в понимании обращённой к нему речи не испытывал».

Кассационная инстанция отменила решение второй и оставила в силе вердикт о принудительной госпитализации. Тогда в дело вмешались сотрудники «ока государева». В Кассационном представлении заместителя Генерального прокурора РФ было сказано, что решение о принудительной госпитализации надо отменять. Аргументы прокурора: человек на учёте у психиатра не состоит, никогда в жизни по поводу психических расстройств к врачам не обращался, наличие у него тяжёлого психического расстройства истцом не доказано. Вывод – не было оснований насильно увозить его для госпитализации в недобровольном порядке. Верховный суд принудительную госпитализацию отменил.

Верховный суд обратил внимание на принудительную госпитализацию людей в психиатрические заведения не вдруг. Ответ прост и лежит на поверхности – в последние годы подобных примеров стало не просто много, а очень много. Еще один пример приводит в своём материале «РГ».

В Гражданскую комиссию по правам человека на горячую линию с 2018 года начали массово поступать жалобы на то, что в одной из психбольниц в столице ежедневно лишают дееспособности десятки людей. Причем в основном это пожилые и одинокие люди, инвалиды, которых некому защитить. Люди жаловались на то, что суды по лишению дееспособности проходят конвейером, а гражданам, которых лишают дееспособности, в подавляющем большинстве случаев даже не сообщают о суде, либо сообщают уже по факту, когда суд прошёл и лишение дееспособности уже состоялось. Слова жалобщиков неожиданно подтвердила официальная судебная статистика.

На судебном портале Мосгорсуда размещены данные по «дуркиным делам». Число таких дел, например, в Нагатинском суде (именно этот суд обслуживает одну из психиатрических больниц), выросло в разы: 2016 год - 177 дел, 2017 год - 179 дел, 2018 год - 669 дел. Это судебные дела только по лишению граждан дееспособности.

За первые два месяца 2019 года в Нагатинском суде было рассмотрено уже 164 дела по лишению дееспособности. К концу 2019 года таких дел было уже под тысячу. Для сравнения, Симоновский и Люблинский суды лишают дееспособности значительно меньше: за два месяца 2019 года - несколько десятков случаев.

А вот статистика Нагатинского суда просто рванула вверх. Например, 7 декабря 2018 года судья О. Чубарова в один день вынесла решения о лишении граждан дееспособности по 24 делам. 14 декабря 2018 - по 22 делам. 21 декабря 2018 - по 25 делам и т.п. Таким образом, за декабрь 2018 года только одна судья удовлетворила 70 исков о лишении дееспособности. Ни один из этих исков обжалован не был.

На 30 января 2019 г. в Нагатинском суде было зарегистрировано 30 дел о лишении дееспособности. Все дела попали к одному судье. Как видно на судебном портале, номера этих дел идут подряд, то есть подают их одной стопкой к одному судье и регистрируют так же.

А 15 февраля 2019 г. судьей по всем этим же делам скопом была назначена психиатрическая экспертиза. Верится с трудом, что судья рассмотрела 30 дел в один день, выслушала всех заинтересованных лиц, взвесила все за и против и назначила психиатрическую экспертизу. Скорее всего, в суд никого не вызывали и не возили (смешно думать, что 30 человек из психбольницы привезли в суд в один день), а также не информировали о проведении суда и назначении экспертизы. Всего за январь 2019 года в Нагатинский суд подано 88 новых заявлений о лишении граждан дееспособности.

Пока не понятно, с чем связан такой всплеск статистики лишения граждан дееспособности, но совершенно очевидно, что поводом стала явно не эпидемия душевных расстройств в одном из районов столицы. Когда Комиссия по правам человека передала эту информацию в СМИ и раскрыла схему с конвейером по лишению людей дееспособности, ситуация начала меняться. Если в 2019 году в Нагатинском суде процент положительных решений по делам о лишении граждан дееспособности составлял 80%, то сейчас этот процент составляет 69% и продолжает падать. Кроме этого, более чем на 20% упало количество исков в московских судах о лишении дееспособности. В абсолютном выражении это примерно на 500 дел. Но ситуация, по мнению Верховного суда, остается все равно крайне напряженной. Только в эти дни в столичных судах идет несколько разбирательств, которые касаются недобровольной госпитализации и признания человека психически нездоровым.

Интересно, что в этих «свежих» делах о лишении дееспособности соответствующие судебные решения были приняты отнюдь не в этом году. Так, по одному из дел еще в апреле 2019 года в Комиссию по правам человека обратился гражданин с заявлением, что его 21-летнюю внучку пять месяцев удерживали в психбольнице, игнорируя требования родных выписать девушку под их ответственность.

По словам близких, она была нормальной и работала. Но психиатрическая больница начала процесс по лишению её дееспособности. В феврале 2020 года суд признал девушку недееспособной, несмотря на старания родственников и юристов. Тогда её дед, с доверенностью от внучки, подал апелляционную жалобу. Ее отклонили. Дед попытался подать кассационную жалобу от своего имени, но ему отказали, так как доверенность на представление интересов внучки прекратила свое действие. Адвокат не смог подписать жалобу у девушки - к ней никого не пускают. Тогда он подписывает и подаёт жалобу от своего имени. Основание - Постановление Конституционного суда РФ (№ 3-П от 21.01.2020 г.) о том, что действующее законодательство не препятствует адвокату подавать жалобу на решение суда о признании гражданина недееспособным, если из обстоятельств следует, что адвокат действует в интересах гражданина и по его воле.

           Социальный дом "Данки" (ГБУ ПНИ № 2)

В январе этого года 2-й кассационный суд возвращает адвокату жалобу без рассмотрения, ссылаясь на отсутствие у защитника полномочий для подписания жалобы. Адвокат обжалует отказ, но 23 июля кассационный суд снова возвращает жалобу без рассмотрения с той же формулировкой. Девушку тем временем переводят в психоневрологический интернат (ПНИ). И это, похоже, конец.

Чем отличается психбольница от ПНИ? Разница существенная - в отличие от психбольниц, откуда пациенты все-таки могут выйти, в ПНИ люди попадают именно пожизненно. Выйти оттуда практически невозможно, особенно если человек лишен дееспособности. И в их паспортах стоит прописка – адрес ПНИ. В Московском департаменте труда и социальной защите населения (ДТСЗН) до этого года числилось около 18 ПНИ. С начала 2021 года запущен «пилотный проект» ДТСЗН Москвы – переименовать ПНИ в «Социальные дома». Образцовый пример – «Социальный дом «Данки» (директор Зиновьева Нина Алексеевна), расположенный в живописном месте в 500-х метрах от Приокско-Террасного биосферного заповедника в Серпуховском районе. И финансируются такие заведения прямо пропорционально количеству проживающих в них людей (СД «Данки» – 503 человека). Пожизненно. То есть после того, как человек лишен дееспособности и помещен в ПНИ, медучреждение начинает получать дополнительные деньги на пожизненное содержание нового пациента.

            Социальный дом "Данки" (ГБУ ПНИ № 2)


Ещё одна судебная тяжба.  В марте 2019 года в Гражданскую комиссию по правам человека обратился гражданин и рассказал, что, посещая своего друга в психбольнице, познакомился там с пожилой женщиной, которая попросила о помощи. Оказалось, что она уже полгода в психбольнице, которая начала процесс по лишению её дееспособности. Юрист Комиссии договорился с врачом пациентки о встрече. И её тут же в срочном порядке перевели в ПНИ. Номер интерната Комиссии не сообщили.

К счастью, у пациентки был номер телефона юриста, которому она позвонила и сообщила номер интерната, куда её привезли. В итоге удалось восстановить срок на обжалование решения о лишении её дееспособности и подать апелляцию на решение суда о лишении женщины дееспособности.

Оказалось, что гражданка писала жалобы на соседей по подъезду. Те, по её словам, шумели и мешали ей спокойно жить. То есть налицо - обычный конфликт с соседями, который вылился в госпитализацию в психбольницу и лишение дееспособности, хотя она никогда не стояла на психиатрическом учёте и не обращалась к психиатрам. Процесс восстановления дееспособности тянулся 1,5 года. В ноябре прошлого года Верховный суд РФ отменил судебные акты по делу 82-летней москвички, обратившейся за помощью в Гражданскую комиссию по правам человека.

Ещё пример трудной победы. В 2019 году женщину насильно увезли в психбольницу из собственной квартиры по инициативе сына как якобы представляющую опасность. В итоге пожилая женщина провела в психушке месяц. Верховный суд не просто отменил решение суда о недобровольной госпитализации пожилой женщины - суд сразу вынес новое решение об отказе в удовлетворении иска психбольницы о госпитализации. Но подчеркнём – такие решения большая редкость, так как процент отмены вердиктов о недобровольной госпитализации в нашей стране очень низкий.

А месяц назад Симоновский районный суд Москвы вынес новое решение по этому же делу. Суд принял решение взыскать в пользу 82-летней москвички компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей в связи с ее незаконной госпитализацией в психиатрическое учреждение.

Статистика подтверждает, что главной причиной попыток лишить человека дееспособности оказывается желание близких получить то, что он нажил. На втором месте - желание свести счёты. Здесь чаще всего жалуются соседи и чиновники, уставшие от бесконечных придирок граждан. Внимание к этой сложной, негативной и болезненной проблеме Верховного суда РФ, озабоченность некоторых институтов гражданского общества всё-таки дают, хотя и слабую, но надежду, что ситуацией займутся специалисты и у них получится решить задачу.

По материалам Натальи Козловой